Разделы

Журнал 'Автограф'

Концерт пианиста-виртуоза Владимира Троппа в "Факеле".

Дата добавления: 2010-02-19

Концерт состоялся 18 июня 2009 года.
Продолжительность: 1 час 48 минут, 148 мегабайт.

Скачать фильм

 

Исцеляющая сила музыки

Что уж тут говорить… Свершилось! Во Фрязино дал свой сольный концерт гордость русской фортепианной школы, ученик знаменитого Теодора Гутмана – Владимир Мануилович Тропп. Маэстро, объездивший полмира, обладатель удивительного, «золотого» звука, лучший на сегодняшний день исполнитель Рахманинова и Скрябина, в течение двух часов держал в напряжении забитый до отказа зал.

…На сцену поднимается удивительно молодо выглядящий для своих 70 лет худощавый бодрый человек и тут же приковывает к себе всеобщее внимание. Владимир Мануилович не только блестящий исполнитель, но и замечательный музыковед. Прежде чем начать свое волшебство на клавишах, он очень интересно рассказывает о Шумане и Чайковском, произведения которых ему предстоит сегодня исполнить:

– Шуман и Чайковский – это два композитора-романтика и в какой-то мере очень близкие по духу. Шуман был более старшим по времени композитором и Чайковский знал его музыку и очень любил его за теплоту душевную, чистоту, трогательность.

Звучат первые трагичные аккорды знаменитого «Посвящения Кларе Вик» Шумана, в свое время это произведение много и часто играли гениальные Софроницкий и Горовиц. Клара Вик – жена Шумана, «муза» его творчества, и практически всю свою лучшую музыку композитор посвятил именно ей. Это сочинение очень грустное, печальное и в то же время удивительно лиричное. Умело, не навязывая через исполнительскую интерпретацию своих эмоций, удивительно точно Владимир Мануилович доносит до нас творческий замысел композитора.

Следующее произведение – «Юмореска». «Юмореска» по своей крупности, по цикличности формы и раздельности (состоит как бы из разных пьес, разных частей) принадлежит к разряду типичных для Шумана пьес. Звучание одной из частей «Юморески» окрасило общую музыкальную картину всей пьесы. Все части в ней образуют единый драматический цикл, с энергичным развитием, с большими контрастами и симфоническим размахом.

Во второй части концерта прозвучали «Времена года» Чайковского. Более 130 лет назад Петр Ильич написал для женского музыкального журнала «Нувелист» двенадцать пьес, двенадцать музыкальных пейзажей, которые отражали суть того месяца, которому был посвящен каждый номер журнала. Каждому месяцу был посвящен стихотворный эпиграф.

– Это цикл о человеке, как части природы. Все произведения написаны как бы через призму настроения человека, прежде всего он о том, как человек воспринимает природу, – рассказывает Владимир Мануилович перед началом второго отделения.

Незаметно пролетает еще один час концерта. За этот час перед слушателями незримо тают снега, обновляется природа, играет в небе жаворонок, проходит жатва, наступает осень, а за ней зима с ее катаниями на тройке лошадей. Удивительный инструмент – рояль! Рояль может абсолютно все: он может петь, он может говорить, он может изображать бурю (вспомним сонаты Бетховена), он может передавать удивительную нежность, какую не передаст даже голос. Но таким инструментом рояль становится только в руках редких одаренных исполнителей, к числу которых, несомненно, принадлежит Владимир Тропп.

После концерта, когда уже отзвучали аплодисменты, маэстро обратился к публике с такими словами:

– Мне кажется, что «Времена года» – это такой завершенный цикл, после которого уже ничего не должно звучать, и мы должны уйти, унося с собой эту удивительную музыку. Большое спасибо!

Сергей ЯКОВЕНКО.
Газета "Ключъ" №24 за 2010 год.

Интервью с Владимиром Мануиловичем Троппом, заслуженным деятелем искусств РФ, профессором, заведующим кафедрой специального фортепиано РАМ им. Гнесиных.

Владимир Мануилович Тропп – выпускник Московского музыкально-педагогического института им. Гнесиных, который закончил с отличием по классу профессора Т. Д. Гутмана (1963). После окончания аспирантуры ведет активную педагогическую работу на кафедре специального фортепиано и сейчас является одним из ведущих профессоров Академии им. Гнесиных .Еще будучи студентом, выступал с сольными программами, регулярную концертную деятельность начал с 1970 года, после завоевания звания лауреата Международного конкурса им. Дж. Энеску в Бухаресте. С этого момента он постоянно дает сольные концерты, играет с оркестром, выступает с камерными ансамблями. Особые достижения пианиста связаны с исполнением музыки «поздних русских романтиков» – Скрябина, Рахманинова, Метнера. Гастролировал, а также проводил мастер-классы во многих странах мира: Италии, Голландии, Финляндии, Германии, Чехословакии, Англии, США, Японии и других.

– По воспоминаниям современников Рахманинова, его исполнение отличалось не только высочайшим уровнем техники, но и особым, ясным «проникающим» звуком. Скажите, много ли времени в вашей преподавательской деятельности приходится уделять таким вопросам, как постановка руки, развитие хороших пианистических навыков, тому, что называется культурой звука?

– Такие вещи, как постановка руки, это, конечно делается в раннем возрасте. Это самое главное – ставить руку, кстати, это одна из основополагающих вещей, которая в русской фортепианной школе очень важна. Еще учитель Рахманинова, Зверев, очень большое внимание придавал правильной постановке руки и учил своих студентов уметь заниматься с учениками и правильно ставить им руку. Когда мы работаем в вузах, консерватории, или академии, уже постановкой руки поздно заниматься, но иногда бывают такие случаи. Правильная опора, тут важно правильно опереться, чтоб звучал рояль, и чтобы была свободная рука. Эта техника правильной постановки руки, свободного локтя, свободной кисти, свободного дыхания, физического сопряжения движения руки с непосредственным ощущением природы фортепианного звука – вот это очень важно. Для русской школы был важен звук, звучащий рояль, тогда говорили так: «пение на рояле». Не все считают, что на рояле надо петь. Но на рояле можно и говорить, и петь, и все что угодно делать. Все это можно сделать только свободной рукой, свободным ощущением звука. В этом отношении у нас были совершенно изумительные примеры, такие, как Игумнов. Он яркий представитель русской фортепианной школы, у него рояль звучал, у Гилельса изумительно звучал рояль, у него была какая-то особая природа, «золотой звук» еще говорили про него. Этим, действительно, и отличается русская фортепианная школа, но, к сожалению, эти традиции уходят все дальше и дальше от нас, все труднее и труднее сейчас этому учить. Все меньше и меньше люди чувствуют необходимость этого звука. Но на Западе понимают, что русская школа именно этим и славилась и часто спрашивают: «А как это, почему у вас так звучит рояль, что вы для этого делаете?» А для этого ничего делать не надо, надо чувствовать во-первых, и более-менее свободно рукой играть, не зажимаясь. Это важно.

– Однажды, присутствуя на экзамене в училище, Теодор Давидович Гутман сказал замечательную фразу: «Музыка должна лечить». Для слушателя остается «за кадром» та огромная работа, которую проделывает исполнитель для того чтобы донести до зрителя те чувства и эмоции, которые были заложены композитором в произведение. Скажите, как у вас проходит этот процесс, есть ли у вас какие-нибудь секреты исполнительского мастерства?

– Никаких секретов нет, потому что все, что происходит на уроке – это не тайна для всех учеников. Конечно, слова Теодора Давидовича, что музыка должна лечить – это замечательные слова! Это удивительная правда, потому что искусство должно пробуждать лучшие чувства в человеке, и человек должен послушав, пережить сочинение, пережить исполнение, пережить этот катарсис, очищение. Это очень важно. Чем больше исполнитель вложит себя в изучение текста сочинения, тем, я думаю, будет больше воздействия на слушателя, воздействия именно этого композитора и его музыки. И тогда музыка будет лечить людей. Она как врач, это правда, это замечательные слова.

– Хотелось бы немного поговорить о самом звуке фортепиано. С одной стороны, на нем можно исполнять произведения простые. Симфонические этюды Шумана – произведение, явно предназначенное целому оркестру. Скажите, что же такое есть в звуке фортепиано, что сделало его любимым инструментом многих композиторов и исполнителей?

– Рояль как никакой другой инструмент позволяет играть всю музыку: и всю оркестровую музыку, и аккомпанировать вокальной музыке. Без рояля невозможно представить себе никакую другую музыку. Даже в оркестре есть часто партия рояля, я имею в виду не тогда, когда играют концерт для фортепиано с оркестром, это само собой. Даже тут не обходится оркестр без фортепиано, это краска фортепианного звука нужна. С другой стороны фортепиано обладает такими возможностями, какими оно никогда не перестанет владеть, они будут всегда, они никогда не исчерпываются, потому что фортепиано может все абсолютно: оно может петь, оно может говорить, оно может передавать бурю (возьмите сонаты Бетховена), оно может передавать удивительную нежность, какую не передаст может быть даже голос. Это доказали великие исполнители, такие как Рахманинов, Игумнов. Но это удел очень талантливых людей. С другой стороны композиторы, конечно любили фортепиано, потому что фортепиано в силу своей какой-то компактности, по сравнению с оркестром, например, оно могло передавать, тем не менее, такие глубины, которые и оркестр в силу своей громоздкости и многочисленности людей не мог передать. Здесь один исполнитель владеет всем миром, поэтому рояль, конечно, особенный инструмент.

– Последний вопрос. Что бы вы пожелали тем людям, которые хотят научиться играть на этом замечательном инструменте – фортепиано?

– Прежде всего они должны стремиться к настоящему профессионализму, а это значит с самого начала отдавать занятиям много времени, искать в этих занятиях какую-то радость для себя. Еще Рахманинов говорил: «Русские студенты могут много заниматься, они находят радость». Это он говорил много лет назад. Сейчас, я думаю, если бы он был жив, он может быть так и не сказал. Сейчас китайские студенты, или студенты Востока обладают удивительной усидчивостью. Это качество необходимо не для того, чтобы человек проводил энное количество часов за роялем и просто упражнялся, а для того чтобы он находил контакт с этим инструментом, чтобы он мог выразить свои мысли, свои чувства. Технически, поэтому он должен обладать достаточно большой свободой. И вот для того, чтобы обладать этой свободой технической он много должен посвящать времени развитию этой техники. Но играя художественную фортепианную литературу, конечно. Иногда играя и этюды, упражнения. Так же как в балете нельзя сразу выйти и сразу станцевать. Ведь за этим стоит огромный труд, огромные репетиции, мы не можем себе представить сколько времени тратит артист балета, чтобы потом выйти на сцену и станцевать свою партию. Я думаю, о пианисте можно сказать то же самое, о скрипаче то же самое. Без профессионализма настоящего не может быть настоящего искусства. Этому отдать надо все силы, столько, сколько необходимо.

Беседовал Сергей ЯКОВЕНКО.